это время я проведу, камнем падая вниз. А на такой высоте можно потерять сознание и от перепада давления, и от недостатка воздуха.
Едва ли организм безликого рассчитан на такое, не говоря уже о человеческом.
Вдруг в глаза ударил ослепительный солнечный свет. Я вырвался из завесы туч — вознёсся над ней и очутился наедине с небосводом. Он приобрёл болезненный желтовато-зелёный отлив. Изменилось и солнце: оно разбухло раз так в пять, налилось алым цветом, точно комар, напившийся крови. Оно нависало надо мной бдительным оком, обжигая немой угрозой.
Я глянул вниз: облака тоже преобразились, иссушились, истончились до переплетения тонких голубоватых полосок, будто сосуды в руке человека или прожилки плесени на благородном сыре. Горы исчезли, и открывшаяся взору земля нисколько не походила на Дебри Страстей. Вместо неё внизу раскинулась рыжая безводная пустошь с редкими вкраплениями зелени
Первый слой выглядел не более приветливым, чем смертельные джунгли или запутанный лабиринт, населённый жуткими тварями.
Долго мне лететь не дали. Вокруг меня закружились маленькие юркие существа, похожие на змей со стрекозиными крыльями. Они сочли моё появление в своих небесах личным вызовом. Я попробовал набрать высоту, чтобы оторваться от них, но каждый метр на пути к жестокому солнцу усиливал исходивший от него жар. Змейки же, ни капли не смущённые убийственным сиянием светила, с энтузиазмом вгрызлись в мою плоть.
Их укусы вконец измотали меня. Заприметив у линии горизонта зелёное пятнышко оазиса, я сложил крылья и рухнул вниз. Испуганные, змейки разлетелись, и я приземлился, подняв тяжёлое облако пыли.
Недолго думая, я перекинулся в безликого и уставился вверх, ожидая, когда твари спустятся вслед за добычей. Но те потеряли ко мне интерес в ту же секунду, когда я перестал быть мертвоплутом. Даже человеческая форма не заставила их напасть. Они немного покружили надо мной и улетели.
Выждав для верности минут пять, я снова превратился в мертвоплута, взлетел — и чёртовы змеи опять слетелись ко мне, будто во всём мире не существовало иной дичи. Я отошёл подальше от места прошлых посадок и попробовал в третий раз, но и там получил тот же результат.
Так вот почему мертвоплуты не последовали за мной.
Проклятые птицы отлично понимали, что соваться на первый слой было опасно. Вёрткие твари уворачивались от лески с такой скоростью, словно читали мысли. А может, так оно и было.
Путешествие по воздуху со всем удобствами пришлось отложить.
Я прикинул, где должен располагаться оазис, увиденный с высоты, и побрёл в ту сторону.
Под ногами трескалась высушенная почва. Её раскалённая поверхность обжигала ступни. Нещадно палило злое солнце. Плечи и спина покрылись волдырями, в горло набился песок, и я то и дело заходился в приступах сухого кашля. От удушливого ветра слезились глаза.
Когда я напоролся на колючку, от которой отнялась нога, моему терпению настал конец. Я перекинулся в безликого. Он тоже не очень-то подходил для прогулок в пустошах. Мёртвые черви сыпались с меня, как осенние листья с деревьев, но, по крайней мере, я не испытывал жажды.
К счастью, идти было недалеко. За очередной сопкой, покрытой кактусами, расстилался настоящий рай — небольшая рощица. Её тень смягчила палящий гнёт солнца.
В отличие от джунглевых зарослей, местные деревья не тянулись ветками ко мне, чтобы схватить наглеца, потерявшего бдительность. Они шумели кронами; шелестела высокая трава.
Одуряюще пахло цветами. Они были тут повсюду. Представленные сотнями форм и расцветок, яркие настолько, что казались неестественными, они обвивали стволы деревьев, показывались из травы, обрамляли песчаниковые валуны, смотревшиеся чужеродно среди буйного великолепия жизни.
Напряжение не покидало меня. Бездну наполняли чудеса, однако за каждым чудом таился кошмар. В этом проклятом месте одно не могло существовать без другого.
Я чутко прислушивался к звукам, ожидая нападения. Избегал дотрагиваться до цветов в опасении, что их аромат — хитрая маскировка для яда.
Ничего.
И это беспокоило сильнее всякой явной угрозы.
Почему я до сих пор не встретил местных животных? Не наступил на какое-нибудь омерзительное насекомое? Не попался в ловушку кровососущего плюща?
Поблизости должен располагаться большой источник воды. Иначе здешнее великолепие в два счёта засохнет.
Если и там не найдётся ничего подозрительного…
Что ж, можно разбудить Нейфилу.
По правде говоря, этим следовало заняться, едва я попал на первый слой. Но мысль посетила меня только сейчас. Всё-таки я не привык полагаться на других — даже на девушку, с которой провёл не одну неделю.
Не настолько же здесь опасно, чтобы звать её, показывая, что нуждаюсь в ней?
Ведь это не так. Я и в одиночку способен справиться с любой угрозой.
Погрузившись в размышления, я споткнулся о выступ, спрятанный густым покровом цветов, и едва не растянулся на земле. Я мысленно выругался и пнул цветы; от удара несколько штук улетели, разметав лепестки и обнажив то, что прежде скрывали.
Я встретился взглядом с ухмыляющимся человеком.
Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/284018
Второй том здесь: https://author.today/work/293802
